У нас не принято спрашивать «Куда ты?». Куда идёт странник – это только его касается. Поэтому я спросил:
– Ты откуда?
Он молчал очень долго. Я не торопил. Он мог вообще не ответить, если не хотел. Но всё-таки ответил.
– Из Калиса.
Из Калиса, надо же… Теперь он имеет право на встречный вопрос. Я не стал его дожидаться.
– Я с Зелёной Бухты.
– Был там, – кивнул он. – Море у них дивное… Мои записи по этому городу уже есть в Пристанищах. Подписаны именем Наро.
– Я посмотрю, как только забреду в ближайшее.
Я разлил похлёбку по мискам и дал ему большую. Он попробовал и улыбнулся. Не сомневаюсь, что его кушанье было бы ничуть не хуже, но сейчас не он, а я принимал его у своего костра. И поэтому он обязан отведать угощение вместе со мной и похвалить его так, будто он в жизни не ел ничего вкуснее. Впрочем, оно и без того заслуживает похвалы.
– Замечательно! – сказал он. – Попробую угадать. Молодые плоды лунного куста, настойка златоцвета, листья зеврицы и… Дальше не знаю.
Он мог спросить о составе похлёбки, но моё право как хозяина костра не отвечать ему. Я наклонил голову набок. Он кивнул: мол не буду допытываться. Потом он вскинулся, и сказал:
– Линорелай существует. Я видел его.
Сказал он это так, будто давно того хотел. Судорожно искал – с кем бы поделиться. И одновременно не решался.
Я от этих слов слегка оторопел. По легенде странников Линорелай, иначе кровяной цветок – это редкое растение, самое прекрасное из всех, но растущее только в пропитанной кровью земле. Но каждый знал – этот цветок существует только в легендах. Что ж, выходит не только…
– Видел? Где?
– Зачем тебе знать… – Он словно опять замкнулся. – Хочешь тоже увидеть его?
Я осторожно кивнул.
– А я никогда не пожелаю тебе его видеть. Это страшно… Прокляты все дороги, что ведут туда, где я видел его.
Повисло молчание. Надо было как-то его заполнить.
– Калис – каков он? – спросил я, просто чтобы что-то спросить, и не слишком надеясь услышать ответ.
Он хотел вроде отмолчаться, но видно решил, что ответить не повредит.
– Прав был тот человек, кто дал ему имя, – сказал он. Потом добавил с особенной интонацией – Оба раза прав.
Я хотел было переспросить: что значит «оба раза», но понял, что в этот раз он промолчит. Впрочем, это и так понятно: первое имя – Город Сверкающей Красоты; второе… наверное, «Калис» что-то означает на каком-нибудь древнем языке. Я немного подумал: задавать или нет ему следующий вопрос. Потом решил – задам.
– Будешь ли описывать Калис? – спросил я и понял почти сразу, что ответ будет…
– Нет, – покачал он головой. – Я решил… осяду где-нибудь, заведу семью. Я теперь всё понимаю…
Дальше продолжать беседу было бессмысленно. О чём говорить страннику, сошедшему с дороги на привал, со странником, сошедшим с неё навсегда? Я только предложил ему ночёвку у моего костра, зная, впрочем, что он откажется. И он отказался. Поблагодарил, и пошёл прочь. Пошёл по обочине, а не по самой дороге, потому что странник, решивший оставить дорогу, не смеет больше на неё ступать. Я долго смотрел ему вслед. Наши обычаи воспрещают провожать глазами собрата, но он уже не собрат… уже не странник… Он оглянулся на меня и сказал негромко, но я услышал. Он сказал:
– Я не сходил с дороги. Я всегда на ней.
И я понял, что по обочине он идёт только для меня.
…Город Калис. Город Сверкающей Красоты. Что в тебе такого, что заставляет странников сходить с дороги? Да ещё и отрицать это… По всей империи и даже дальше – по всему миру стоят наши Пристанища. Проходящие мимо странники заходят туда, оставляют записи о землях, которые они посетили. И записей этих невероятно много. Каждый город, каждый постоялый двор, каждый замок и король – все земли описаны на бумаге пером странников. И только о Калисе записей нет. Многие из нас побывали там. Но все они после этого оставляли дорогу, становились пекарями, пахарями и охотниками. И никто ещё Калис не описал. Загадка ли это самого города, или Братства странников – знают только сошедшие с дороги. Но их спросишь – не ответят…
Я увидел, что костёр уже утомился согревать меня, а дорога подрагивает пылью – зовёт брата-странника. Что ж… Я её покидать не собираюсь.
Я дал костру угаснуть, взял котелок и миски, помыл их в ручье, убрал в заплечный мешок. Потом выбросил угли, оставив место для костра в том виде, в каком оно было до меня. Собрал хвороста, положил рядом с деревом. Заглянул в коробок, прикреплённый к стволу – там хранились сушёные травы. Пополнил запасы из своих собственных, добавил по связочке тех трав, что там не было. Рядом висел футляр для свитков. Я открыл и достал один свиток. На нём были написаны имена странников, что останавливались здесь и города, откуда они шли. Я написал: Сай-Лаш из Зелёной Бухты. Подумав, добавил, не на следующей строке, а рядом: Наро из Калиса. Вложил в футляр свежий свиток – этот уже кончался. Ну вот и всё пожалуй.
Я ступил на дорогу.
Здравствуй, сестрица… Куда теперь понесёшь меня?..